Энергаз2

Экспертное мнение

Беспрецедентная ценовая волатильность протестировала основы нефтяной отрасли

17.06.2016
Игорь Сечин, главный исполнительный директор ПАО «НК «Роснефть»

Произошла деформация рыночных механизмов функционирования отрасли. Причиной этому являются и пресловутые санкции, и ставка на краткосрочные финансовые инструменты рынка, и манипулирование рыночными институтами в ущерб долгосрочным отношениям потребителей и производителей углеводородов и фундаментальным факторам развития.

Выступая с ключевым докладом на саммите энергетических компаний, состоявшемся в рамках ХХ Петербургского международного экономического форума, глава «Роснефти» отметил, что текущая ситуация на нефтяном рынке «гораздо сложнее, мозаичнее, чем то, что мы видели во времена сбалансированного рынка».

«Можно утверждать, что произошла деформация рыночных механизмов функционирования отрасли,  — заявил Игорь Сечин. — Причиной этому являются и пресловутые санкции, и ставка на краткосрочные финансовые инструменты рынка, и манипулирование рыночными институтами в ущерб долгосрочным отношениям потребителей и производителей углеводородов и фундаментальным факторам развития».

По его словам, в настоящее время на нефтяном рынке «присутствует целый ряд факторов неопределенности, прежде всего, в отношении поведения тех или иных производителей, которые стали по факту играть роль регуляторов на рынке нефти, а также финансового сектора».

«Отмечу, что наблюдавшаяся беспрецедентная ценовая волатильность протестировала сами основы отрасли, — добавил глава «Роснефти». — События последних лет показали, что на рынке нефти по существу произошла смена парадигмы: долгое время считалось, что его регулятором является картель ряда стран-производителей ОПЕК. Затем, благодаря прорывным технологиям, возник новый «регулятор», которым стала сланцевая добыча в США».

«Итогом нынешнего кризиса, как мне представляется, становится переосмысление той роли, которую играют и будут играть три крупнейшие страны-производители нефти, обладающие не только ресурсным геологическим потенциалом, но и широким комплексом факторов, требующихся для воздействия на рынки, — заявил Игорь Сечин. — Происходит кристаллизация основных игроков.  Эти страны — Саудовская Аравия, США и Россия. Каждая из них находит ответы на эти вызовы, опираясь на свои ресурсные и технологические возможности, структуру рынка, особенности принятия политических и экономических решений».

В части поставок на мировой рынок Россия, по сравнению с другими странами, обладает важными преимуществами, отметил глава компании: это развитая экспортная инфраструктура, в том числе трубопроводная, относительно низкая долговая нагрузка, протестированная десятилетиями система сбыта, столь успешно дополненная долгосрочными контрактами, заключенными «Роснефтью», интеграция в растущие на Востоке и стабильные на Западе рынки сбыта.

«Подобная модель и обеспечивает стабильность, эффективность и устойчивость российского нефтяного экспорта, — заявил Игорь Сечин. — Также важна и сбалансированность спроса и предложения в России, где при высоком внутреннем спросе имеющиеся мощности позволяют осуществлять экспорт, диверсифицированный по направлениям и продуктам. Это отличает Россию от США и Саудовской Аравии».

По его словам, на фоне потрясений российская нефтяная отрасль казалась многим наблюдателям и аналитикам «terra incognita», «а в результате, с учетом ресурсной базы, достигнутых на сегодня результатов, рыночных институтов, наличия качественных рынков сбыта становится «terra fertilis», землей плодоносной».

«Россия обладает огромным ресурсным потенциалом, а российские нефтяные проекты рентабельны даже при низких ценах на нефть, — добавил глава «Роснефти». — В России существуют крупные перспективные новые проекты, которые позволяют поддерживать уровень добычи и инвестиций в то время как большинство зарубежных публичных и национальных компаний сокращают капитальные затраты и вынуждены пересматривать портфели проектов в связи с отсутствием привлекательных объектов для инвестиций».

Ключевым параметром, определяющим добычу нефти в России, по словам Игоря Сечина, являются фискальные условия, а не цены на нефть.

«В 2015 году при средней цене на нефть в размере $51 за баррель, по официальной независимой оценке Ernst&Young, «Роснефть» внесла почти $25 налоговых платежей с каждого добытого барреля, — сообщил глава компании. — Это значительно больше (в некоторых случаях в 4-5 раз), чем у зарубежных компаний. При этом нужно заметить, что эти налоговые платежи зафиксированы в рамках так называемого «большого налогового маневра», который был разработан и реализован для цены нефти выше 100 долларов за баррель. Есть безусловный вопрос о необходимости его корректировки в соответствии со среднесрочными ценовыми реалиями».

«Целевая налоговая система должна обеспечить стимул к инвестициям в добыче до тех пор, пока стоимость добычи дополнительного барреля ниже цены барреля на рынке, — заявил Игорь Сечин. — Если говорить о переработке, то перекрестное субсидирование внутри вертикально интегрированных систем не может восприниматься как экономически целесообразный метод ведения бизнеса — все направления деятельности компании должны быть экономически оправданными. Поэтому налогообложение переработки также должно быть рациональным и стимулировать инвестиции».

Характеризуя основные тенденции и фундаментальные изменения в мировой энергетике, глава «Роснефти» отметил, что газовая отрасль, согласно прогнозам, будет расти более высокими темпами, чем нефтяная.

«Мы активно развиваем этот бизнес и заинтересованы в его росте, — подчеркнул Игорь Сечин. — Для газовой отрасли характерен рост конкуренции на основных экспортных рынках и проведение политики «диверсификации источников и путей поставки» газа. В том числе — проникновение СПГ из США. Мы видим необходимость эффективного «российского газового ответа» — прежде всего, обеспечения равных условий на внешних рынках».






О проекте Размещение рекламы на портале Баннеры и логотипы "Energyland.info"
Яндекс цитирования         Яндекс.Метрика