ТСС вместо Русэлпром 2019

Экспертное мнение

Новый газ

18.09.2012


Сланцевая революция: комментарии экспертов из России, СНГ, Европы, США. Эксперты отвечают на вопрос: сланцевая революция – миф или новая экономическая реальность?

 

Алекс Моррис, старший аналитик по энергетике Raymond James & Associates:
Учитывая огромное количество проектов по экспорту сжиженного природного газа (СПГ), которые разрабатываются в настоящее время, кажется, что США действительно находятся на пути к тому, чтобы стать значительным поставщиком. Тем не менее, говоря о выходе на рынок каждого из этих проектов, мы бы не употребляли приставку «пере-». Я не могу себе представить, что США  перегонят поставщиков с Ближнего Востока и Юго-Восточной Азии и Австралии до самого конца этого десятилетия (если не позже).
Также остается весьма маловероятным, что строительство в США инфраструктуры по поставкам СПГ может быть настолько масштабным, чтобы понизить цены на газ в Европе в ближайшем будущем. Структурные сверхмощности на этом уровне выглядят не очень достоверно, учитывая, что проекты по производству СПГ имеют тенденцию запаздывать или вовсе отменяются из-за отсутствия финансирования или неясной ситуации с разрешением властей.
В то же время я могу сказать, что  США совершенно точно переживает «сланцевую революцию», хотя глобальная «сланцевая революция» еще не свершилась (пока). США находятся в середине невиданного избытка газа, который не дает ни одного повода думать, что это прекратится в обозримом будущем. Импорт сжиженного природного газа в сущности прекратился, и, в самом деле, более дюжины проектов по экспорту СПГ сейчас находятся в стадии планирования. Сланцевый газ не покроет полностью потребность США в энергии, но, в сочетании с традиционным производством природного газа, он более чем покрывает потребность страны в этом виде топлива. По сути, газовая индустрия  может произвести столько газа, сколько потребители готовы купить, будучи ограниченной только своим желанием бурить.
Самым большим риском остается политическая оппозиция, главным образом в форме запретов на бурение методом гидравлического разрыва пласта. Это произошло во Франции и Болгарии, хотя федеральный запрет в США маловероятен. В Европе разработка сланцевого газа ограничивается отсутствием инфраструктуры (оборудования, специалистов по бурению и т.д.).
Ограниченные поставки наземных буровых установок и нехватка квалифицированного персонала в сочетании с политической оппозицией (опять же во Франции и Болгарии) является главным препятствием для разработки сланцевого газа в Европе. Это, конечно, возможно в далекой перспективе, но в обозримом будущем эффект должен быть незаметным.
 
Валентин Стоянов, консультант, экс-советник Комиссии по энергополитике при Парламенте Болгарии:
“Сланцевая революция“ факт уже как несколько лет. Действительно, в настоящее время она происходит, в основном, в США, но там сланец быстро превратился в game changer. В Европе будет намного сложнее по ряду причин: налицо политические проблемы и общественное мнение, регуляторные режимы по владению полезными ископаемыми и концесинными договорами совершенно другие. С другой стороны, я считаю, что есть место для разведки и добычи сланцевого газа и на „Старом континенте“, в том числе, и в Болгарии. Перспективы не выглядят столь мрачными.
В ближайшем будущем США не смогут стать основным поставщиком газа на европейские рынки. Но с уверенностью можно сказать, что Европейский союз продолжит работать по своей газовой диверсификации. На континенте уже работают по новым проектам по терминалам по газификации и регазификации сжиженного газа и страны рассчитывают и на газ из США. В долгосрочном плане Вашингтон начнет экспортировать значительные объемы газа природного газа, в том числе, и в Европу.
Что может затруднить поставки газа, добытого из сланца, в Европу? Речь идет о долгом и сложном процессе. О буме сланцевого газа начали говорить еще в 2008 году, то есть необходимо время для того, чтобы данное открытие было „принято на вооружение“ и в Европе. Общественное мнение все еще очень тяжело воспринимает сланец, но тут уже встает вопрос и о коммуникационных кампаниях в каждой отдельной стране.
Действительно, Европа гораздо более густо населена и у нее другие традиции, включая и правовое регулирование добычи ископаемых, но в долгосрочном плане не вижу проблем для разведки и добычи сланцевого газа. Неизбежно будем наблюдать усовершенствование технологий. В настоящее время мораторий на сланец наложен лишь в нескольких странах ЕС. К сожалению, Болгария находится в их числе. Наш мораторий настолько жесткий, что запрещена разведка месторождений, что неправильно. Нельзя по стратегическим вопросам принимать решения под давлением улиц (в Софии прошли несколько митингов против сланцевого газа и премьер Бойко Борисов разрешил своей партии ГЕРБ проголосовать „за“ – прим. Центра энергетической экспертизы).
Что касается стран Восточной Европы, что ситуация в каждой отдельной стране различная. Польша достигла наибольшего прогресса в данной области. Действительно, там был один негативный доклад американской Exxon-Mobil, но остальные нефтегазовые компании остались работать на польской территории.
В Болгарии же вряд ли ожидается снятие моратория раньше лета 2013 года, когда пройдут парламентские выборы. Я считаю, что это потерянное время для страны. В конце концов, нам нужно разведывать свои недра и понимать, есть ли в них газ и возможна ли промышленная эксплуатация будущих месторождений. Добыча же – отдельная история, но и там технологиям предстоит развиваться.
Что же касается темы конкуренции между поставщиками сланцевого газа и Газпромом, то могу сказать, что сегодня у Газпрома нет полной монополии в Европе. Поставки газа в Германию, например, в 2010 году имеют следующую структуру: из России – 33%, из Норвегии – 28%, из Голландии – 21%, собственная добыча – 11%, а на пятом месте – доставка из третьих стран. В Болгарии же абсолютная другая ситуация (85% - Газпром, 15% – газ из Черного моря – прим. Центра энергетической экспертизы). Начиная с 1974 года, у нас один поставщик из-за рубежа и один-единственный маршрут. Потому для нас газовая диверсификация является очень важной темой, хотя Болгария и не является большим потребителем (2,5 – 3 млрд. кубометров в год – прим. Центра энергетической экспертизы)
Я считаю, что сотрудничество в данной сфере между ЕС и РФ сохранится и будет развиваться, так как оно важно для обеих сторон. С другой стороны, собственная добыча должна иметь место, особенно в таких небольших государствах как Болгария, где импортируют 85%-90% потребляемого газа. Потому сланец является важной опцией и для Софии.
Что касается Газпрома, то этой компании при взаимодействии с ЕС необходимо учитывать ту уникальную гибридную модель, которая включает в себя и спотовые рынки, и долгосрочные контракты. В Европе долгосрочные соглашения о поставке газа не только из России, но и, например, из Норвегии, подвержены серьезному давлению и игроки на рынках должны приспосабливаться к такому вызову.
Так или иначе, заключение контрактов должно происходить на основе взаимовыгодности и взаимоуважения. Я разделяю принцип: "Honesty is the best policy".
Добавлю и личный совет. Нужно хорошо подумать и о возможном, «третьем луче», «Южного потока», который бы связывал Болгарию с соседними Македонией и Албанией.
 
Авиезер Такер, профессор Института Энергетики Университета Техаса в Остине (США):
Произошла ли в США «сланцевая революция» на самом деле? Ответ зависит от того, что вы понимаете под «революцией». В технологическом смысле – определенно да. В последние несколько лет были разработаны новые технологии, связанные с горизонтальным бурением и гидравлическим разрывом пласта, которые трансформируют добычу и получение газа.
В экономическом смысле, революция однозначно началась и продолжается в Северной Америке. Цены на природный газ значительно упали за последние пару лет. Но революция в других секторах экономики еще только начинается. Так как относительная стоимость энергии, полученной из природного газа, теперь ниже, чем стоимость энергии, получаемой из нефти или угля, экономика находится в процессе перехода от нефти и угля на газ.
Скорее всего, это будет постепенный процесс, который потребует как замены энерговырабатывающего оборудования, такого как турбины, так и инноваций в сфере технологий, которые могут использовать газ вместо других источников энергии.
Североамериканская экономика также находится в процессе перемещения производства химикатов, требующего большого количества природного газа, из других стран, таких как Китай, в Соединенные Штаты.
Глобально «сланцевая революция» еще не произошла, так как больше нигде в мире пока не налажена коммерческая добыча сланцевого газа, к тому же сланцевый газ пока не успел значительно повлиять на мировой рынок сжиженного природного газа (СПГ).
Кажется весьма вероятным, что традиционные и не традиционные источники газа могут покрыть энергетические нужды Северной Америки в этом столетии, конечно, если только не будет изобретена совершенно новая технология, предлагающая еще более дешевую и безопасную энергию, что может вполне произойти в результате научных инноваций.
В США за последние 20 лет было разработано почти миллион скважин методом гидравлического разрыва пласта. В то время как некоторые моменты вызывали опасения экологов, никто не умер и ничья собственность не пострадала. Это очевидно предпочтительней других вариантов. Относительно небольшие проблемы, связанные с окружающей средой, которые были выявлены в США, могут быть эффективно устранены подобающим законодательством.
Я сомневаюсь, что после постройки СПГ-терминалов США станет ведущим экспортером газа в Европе – по крайней мере, в ближайшем будущем. Во-первых, как только тот, кто выиграет эти президентские выборы в США, разрешит экспортировать газ из США, первые экспортные поставки пойдут в Восточную Азию (Японию и Южную Корею) с Аляски. Цены на газ в странах Восточной Азии выше, чем в Европе, и, вероятно, они вырастут еще в связи с тем, что Япония планирует снизить долю атомной энергии в общем «энергетическом пакете».
Во-вторых, в Европе начался процесс разработки местных залежей сланцевого газа. Польша и Украина уже вовсю заняты поиском месторождений сланцевого газа. По моему мнению, Франция в конце концов последует их примеру. Почти все европейские страны располагают некоторыми запасами сланцевого газа. Даже если этого и недостаточно, чтобы сделать их энергетически независимыми, они смогут сократить свои потребности в импорте газа.
В дополнение к потенциальным нетрадиционным местным источникам газа, на рынке имеются настоящие и потенциальные производители «традиционного» природного газа, которые находятся ближе к Европе – например, Катар, и в будущем – Израиль и Кипр.
В-третьих, когда США решат экспортировать газ из Мексиканского залива в Европу, потребуется время для строительства необходимых терминалов на обеих сторонах Атлантики. СПГ, экспортируемый из США, должен будет конкурировать не только с потенциальными европейскими разработчиками месторождений сланцевого газа и с другими поставщиками СПГ, находящимися географически ближе к европейскому рынку, но и с низкими ценами Газпрома. Так как добывать «обычный» природный газ дешевле, чем газ из «нетрадиционных» источников, и так как доставка газа по газопроводу (как только таковой построен) дешевле отгрузки сжиженного природного газа, Газпром располагает большей гибкостью в плане снижения цен на газ, нежели производители СПГ.
Я думаю, что сланцевый газ, вполне вероятно, положит конец монополии российского Газпрома на европейском рынке природного газа, но не прямо сейчас. Это займет еще 5-10 лет. Мы являемся свидетелями очевидно сложного процесса со многими переменными. Но мне сложно представить сценарий, в котором цены на газ в Европе через 5-10 лет не стали значительно ниже сегодняшних. Если Газпром сохранит свою монополию, компании будет необходимо серьезно снизить цены на газ для своих покупателей. Так как газ сейчас настолько важен для российской экономики и доходов российского правительства, значительное снижение цен на газ будет иметь далеко идущие последствия для России.
Хорошие новости для России заключаются в том, что у нее, возможно, есть несколько лет, чтобы должным образом спланировать переходный для экономики период. Россия может попытаться заменить своих европейских покупателей потребителями из Азии. Однако Китай располагает крупнейшими запасами сланцевого газа в мире, а США постараются в первую очередь наладить экспорт СПГ в Японию и Корею. Более безопасным и эффективным планом действий могла бы стать реструктуризация российской экономики, чтобы страна могла производить что-то еще, кроме природных ископаемых, что Россия могла бы продавать за рубеж. В России есть образованные трудовые ресурсы, это уже промышленно развитая страна, близкая к Европе. Россия не находится в положении, скажем, Саудовской Аравии, которая, упади цена на нефть до 10 долларов за баррель, не могла бы ничего делать.
Таким образом, Россия может развивать программное обеспечение, компьютеры, высокие технологии и т.д. Однако, чтобы все это сделать, в стране должен править закон, демократия, должна быть устранена коррупция чиновников. Вот над этим, по моему мнению, России нужно работать, в ожидании падения цен на природный газ в Европе.
 
Валентин Землянский, эксперт, экс-спикер «Нафтогаза Украины»:
Заявления о «сланцевой революции» в США абсолютно корректны. Мы имеем сразу несколько подтверждений тому факту, что увеличение добычи сланцевого газа в США кардинальным образом изменило как американский газовый рынок, так и структуру поставок газа на рынок ЕС. Прежде всего, это цена на газ для американских потребителей в пределах 100 долларов за тысячу кубометров. Во-вторых, это увеличение поставок СПГ из стран Северной Африки в Европу. По сути, это те объемы, которые ранее импортировались США.
Не думаю, что в ближайшее время, 2-3 года Америка станет основным поставщиком газа на европейский рынок. При всей позитивной динамике замещения импортного газа на американском рынке, США еще не вышли на уровень полного самообеспечения газом. США пока опосредованно влияют на газовый рынок ЕС, вследствие отказа от импорта. Вместе с тем, к 2015 году, вполне возможно ожидать появление СПГ американского происхождения на европейском рынке. Но, по моему мнению, на это будут влиять ряд факторов, таких как погодные условия, ситуация в мировой экономике и уровень потребления газа в ЕС и самих США.
Сам процесс разработки месторождений сланцевого газа достаточно затратное мероприятие растянутое во времени. Безусловно, Украина может начать промышленную добычу сланцевого газа, но, опять же, ее интенсивность будет зависеть от ряда объективных причин. Во-первых, это взаимоотношения с Россией. При сохранении действия контрактов 2009 года, прогнозная себестоимость сланцевого газа будет на 150-200 долл. ниже, чем цена на российский газ. В таком случае, заинтересованность правительства и инвесторов в разработке сланцевых месторождений будет достаточно высокой. Кстати, аналогичная ситуация складывается и в странах Восточной Европы. Необходимость разработки месторождений «нетрадиционного газа» более продиктована необходимостью получить альтернативу дорогому российскому газу, нежели реализовать положения европейского энергетического законодательства относительно диверсификации источников поставок энергоносителей.
Во-вторых, необходимо четко понимать какое количество извлекаемого сланцевого газа находится на территории Украины. Прогнозные оценки пока колеблются в пределах от 1 до 20 трлн. кубометров, что явно не дает возможности сделать какой-либо серьезный анализ перспектив добычи на территории Украины.
Необходимо также учитывать опыт Польши, поскольку условия залегания сланцевых пород достаточно сходны с украинскими. На данный момент, Польша уже более трех лет ведет работу в направлении начала добычи сланцевого газа на своей территории, но перспективы выхода на промышленный уровень пока достаточно призрачны. По оценкам польской компании «Орлен», являющейся одним из флагманов разработки сланца в Польше, выход на промышленную добычу газа возможен к 2024 году на уровне 3-5 млрд. кубометров в год. При этом инвестиции в данное направление должны составить не менее 10 млрд. долл. Украина же пока находится только в начале пути, поэтому я бы больше внимания уделял разработке традиционных месторождений газа на Азвоском и Черноморском шельфах, реализации проектов альтернативных источников поставок газа (СПГ-терминал, реверсная поставка газа в случае высвобождения транзитных мощностей), а также переводу потребителей на альтернативные источники энергии и снижения в целом потребления газа.
Угрожает ли монопольному положению Газпрома на рынке Европы технологический прорыв в добыче газа из сланца? Но на газовом рынке Европы не существует монопольного положения Газпрома. В прошлом году, доля его присутствия составила 27%, а годом ранее и того меньше – 24%. Также, сегодня мы слышим неутешительные прогнозы относительно результатов в текущем году. Поэтому, я бы говорил, что технологический прорыв в добыче сланцевого газа скорее угрожает еще большим сокращением доли Газпрома на газовом рынке Европы. Причины – появление излишних объемов СПГ у традиционных поставщиков газа в США, которые переориентируют эти объемы на Европу, имея при этом более выигрышную ценовую позицию по сравнению с российским газом. В перспективе же, не стоит исключать и появление США, как полноценного игрока на газовом рынке ЕС, но не ранее чем в 2017-19 годах.
 
Aна Отилия Нуцу, аналитик энергорынков, экспертный центр Expert Forum (Бухарест, Румыния):
В настоящее время сланцем занимается, в основном, США, однако ресурс уже серьезно изменил ценообразование на рынке природного газа. Соединенные Штаты производят уже около 25% потребляемого «голубого топлива» благодаря месторождениям неконвенционального типа (сланец, песчаники, ледники – прим. Центра энергетической экспертизы), а к 2035 году не собираются ничего импортировать, но планируют стать экспортером природного газа. Еще 3-4 года назад прогноз предполагал импорт до 65% потребления. Импорт газа в США производился, в основном, через сеть СПГ–терминалов. Теперь газ, который импортировался Соединенными Штатами, отправляется в Западную Европу. В последние 2-3 года в западной части континента цена на газ упала почти наполовину (по статистике Евростата, например, в Болгарии и Германии цена на газ больше, чем в Великобритании – прим. Центра энергетической экспертизы), ускорилась либерализация газового сектора, а государства, имевшие контракты с Газпромом на больший период, осознали, что платят больше тех, кто покупает газ по спот-ценам.
Основная задача США сейчас – инвестировать в свою сеть СПГ-терминалов, которую нужно будет трансформировать в установки по газификации (необходимые для импорта) или по сжижению газа (для экспорта). Со временем появятся и другие производители сланцевого газа (например, Китай), которые не будут экспортировать, а начнут использовать энергоресурс для внутреннего потребления. Китай сейчас потребляет слишком много угля, и, возможно, в будущем он переориентирует свою энергетическую корзину на использование газа.
Европа надеется на бум сланцевого газа в США, думает, что будет его импортировать. Страны пока не отказываются от сланца. Но есть кое-какие сомнения относительно безопасности для окружающей среды. В США не было серьезных инцидентов со сланцем, а те, что происходят, происходят лишь на месторождениях, где нарушаются основные правила небольшими компаниями, что в результате приводит к загрязнению подземных вод. Есть несколько стран, которые запретили геологоразведку сланца (Болгария и Франция), но не из-за нарушений, а из-за опасений, что нововведение в газовом секторе навредит окружающей среде незаметно и непоправимо (в Болгарии, например, боятся загрязнения почв в области Добруджа, что является основным производителем зерна в стране – прим. Центра энергетической экспертизы).
В США нет серьезного движения против добычи сланцевого газа. Наоборот, граждане штатов Техас и Пенсильвания (где больше всего производят газа из сланца) довольны тем, что бюджет пополняется благодаря сланцевому газу.
Каждая технология и любая производственная активность имеет свою долю риска для окружающей среды. К тому же, США является единственной страной, которая в последние несколько лет уменьшила уровень загрязнения воздуха углекислым газом на 500 млн тонн, так как уголь на местах заменяется топливом из сланца. В то же время, в Европе загрязнение воздуха увеличилось (да и США, в отличие от стран Евросоюза, не подписывали Киотского Протокола).
В некоторых государствах наложили моратории на добычу сланцевого газа, так как в Европе активность защитников природы значительно более ярко выражена, нежели в США. Да и лобби Газпрома здесь налицо, плюс к сомнениям и страхам в связи с новой технологией добычи. Например, в Европе по чисто геологическим причинам глубина бурения больше (начиная с 4 000 -5 000 м), в сравнении с Северной Америкой – 3 000 м. Однако я не считаю, что в долгосрочной перспективе Евросоюз запретит сланец.
Что касается готовности стран Восточной Европы добывать газ из сланца на своих территориях, то в первую очередь, необходимо проверить, какими запасами мы действительно располагаем. Как известно, случай с Польшей показал, что там реальные запасы месторождений были пересмотрены по сравнению с прогнозами двухлетней давности. Если запасы газа в Европе действительно оправдают ожидания, то добыча может начаться в пределах 5-10 лет. Восточная Европа, конечно, станет более гибкой в отношении запрета сланцевого газа, так как будет опасаться исключительной зависимости от Газпрома. Газпром, конечно, будет радоваться каждому новому мораторию.
Появление неконвенционального «голубого топлива» из сланца составило бы серьезную конкуренцию Газпрому в Европе. С другой стороны, российская монополия в последние два года существенно ускорила переговоры по долгосрочным контрактам и даже начала более гибкое ценообразование на основе котировок на нефть, так как ее все больше «прижимает» растущая рыночная конкуренция между поставщиками сжиженного газа в Западную Европу.
В дальнейшем Газпрому придется конкурировать с другими игроками на газовом рынке. Концерн может инвестировать все больше за рубежом, но не в Европе, так как столкнется с Генеральным директоратом Еврокомиссии по вопросам конкуренции в том, что касается концентрации на рынке производства и распределения в ЕС.
Я считаю, что инвестирование в добычу сланца было бы более подходящей и рентабельной идеей, нежели надежда на дорогостоящие мегапроекты типа «Южного потока», через строительство которых Москва лишь пытается «законсервировать» свою доминирующую позицию в экономике и геополитике в Восточной Европе.
 
Центр энергетической экспертизы






О проекте Размещение рекламы на портале Баннеры и логотипы "Energyland.info"
Яндекс цитирования         Яндекс.Метрика